Я почувствовала обиду, когда увидела проект Основного закона: «Изучение Торы»

Седьмое октября застало одного из моих сыновей, который был в путешествии после армии, в какой-то забытой богом деревне посреди Индии. Как и многие его друзья, он собрал вещи и начал искать кратчайший путь домой, в Израиль — ошеломленный и истекающий кровью. В среду рано утром, окольными путями, при содействии добрых людей, он приземлился в аэропорту Бен-Гурион. Я стояла в зале прибытия в почти пустом аэропорту и наблюдала за людской рекой, которая двигалась навстречу немногим ожидающим. Большая группа уставших молодых людей, все еще в шлепанцах, с серьгами и дредами, бросили всё и вернулись бегом, чтобы защитить своих братьев и этот клочок земли. Эти молодые люди своими действиями воплотили, даже не сидя на скамьях ешивы, еврейские ценности взаимного поручительства, заповеди «не стой на крови ближнего твоего», «и верни его ему» и другие.

Я вспомнила эту удивительную и волнующую группу и почувствовала обиду за них, когда увидела проект Основного закона: «Изучение Торы», опубликованный в преддверии голосования в Кнессете. Этот закон стремится уравнять того, кто жертвует своей жизнью, с тем, кто уже десятки лет уклоняется от несения бремени под предлогом того, что «Тора — его ремесло». Я почувствовала обиду также за своих детей и детей моих отважных друзей — бойцов, которые в эти дни сражаются, которые выросли в ешивах, где их учили, наряду с изучением Гемары, тем ценностям, во имя которых они поднялись, закрыли в день призыва Гемару и вышли сражаться ради народа и страны. Я горжусь ими, воспитанием, которое мы им дали, и, прежде всего, горжусь раввинами и ешивами, в которых они выросли.

Пусть наши дети соизволят вернуться в ешивы для «значимой службы» по изучению Гемары, и когда закончат учиться, смогут вернуться домой к своим женам и детям, вернуться к учебе в университете и карьере, испытывая то же чувство гордости и ответственности за благополучие Государства Израиль и его граждан. Мне трудно понять и принять наглость, оторванность и цинизм в решении попытаться провести закон, который на практике дает всеобъемлющее освобождение и поощряет уклонение такой большой группы. Как, вместо того чтобы вознести на пьедестал тех, кто заплатил и до сих пор платит столь тяжелую физическую и душевную цену, законодательная власть стремится провести аналогию «значимой службы» между ними и изучающими Тору, и тем самым преуменьшить огромный вклад тех, кто уже почти три года выбирает жертвовать нормальной жизнью, регулярной учебой, семейным бытом, карьерой и комфортом ради всех нас?

В чем посыл? Я спрашиваю, каков тот воспитательный посыл, который Кнессет стремится привить своим гражданам, когда он сравнивает одних с другими. Ведь если смысл поддержки закона в том, что нет разницы между тем, кто выбрал «значимую службу» в стенах ешивы, и теми, кто жертвует собой день за днем и час за часом ради нашего благополучия, пусть наши дети соизволят вернуться в ешивы для «значимой службы» по изучению Гемары, и когда закончат учиться, смогут вернуться домой к своим женам и детям, вернуться к учебе в университете и карьере.

Нельзя игнорировать важность изучения Торы, которое хранило существование народа Израиля на протяжении долгих лет изгнания, но тот, кто не понимает, что в эти тяжелые дни невозможно продолжать игнорировать божественное повеление о том, что «на священную войну выходят все, даже жених из своей комнаты и невеста из-под хупы», должен сидеть в стороне и не проявлять наглости. И более того, подобает, чтобы ни одна сионистская партия, желающая жизни, не приложила руку к нелепой попытке уравнять одних с другими.

Адвокат Рахель Цинкин, движение «Мааминим». Из основателей «Ордена Адара».