Я тоже в конфликте интересов

Депутатов Кнессета от ультраортодоксальных партий обязали подписать форму о конфликте интересов, прежде чем они поднимут руку и поддержат скандальный закон, запрещающий арест дезертиров. Красиво с их стороны. Но если дела обстоят именно так, то, по-видимому, и я, как значительная часть граждан Государства Израиль, нахожусь в конфликте интересов.

Я в конфликте интересов из-за капитана Саги Рубинштейна, моего ученика. У Саги было огромное сердце, с юных лет он был волонтером везде. По окончании учебы он продолжил путь в ешиве «хесдер» на Голанах, затем служил в десантных войсках, стал любимым командиром. Саги также был водителем скорой помощи, был волонтером в любых возможных рамках. Он взял в жены Таль, и вместе они стали родителями троих милых детей. Саги был человеком Торы, но не отказался от своей службы в ЦАХАЛе; он пал в Ливане.

Я в конфликте интересов из-за майора Моти Шамира, который также является одним из сотен и тысяч учеников, которых мне выпала честь воспитывать. В юности Моти был волонтером в таких организациях, как «Кав ле-хаим». Он был сложным учеником, но я никогда не отказывался от него. В надгробной речи, которую я произнес на его похоронах, я сказал: «Раз за разом ты совершал шалости, невинная улыбка сопровождала их... И вдруг, ближе к концу старших классов, ты взял себя в руки. Ты создал себя заново. Ты научил всех нас, что такое сила воли. Ты стал лидером. Ты научил всех нас силе контроля и выбора, личной ответственности и роста». Сразу после периода учебы в подготовительной программе он призвался в спецназ «Голани», взял в жены Ройталь, вместе они создали дом Торы, дом заселения страны. Утром праздника Симхат Тора Моти не стал ждать, пока его вызовут, хотя был в учебном отпуске, он поспешил на фронт, несмотря на мольбы матери: «У тебя беременная жена и ребенок, тебя не призывали».

Я в конфликте интересов из-за капитана Ротема Леви. 20 лет он сидел позади меня в синагоге. Примерно за два года до того ужасного дня, когда он пал, мне выпала честь сочетать браком его и Шохам, его замечательную супругу. Я любил его всей душой. Также я сочетал браком майора Рои Нагри — всего за полтора месяца до того, как он пал. Рои был офицером в подразделении по борьбе с террором, он оставил после себя Ши, вдохновляющую вдову, и Шмулика и Михаль, которые стали членами моей семьи.

Я в конфликте интересов из-за Биньямина Франкеля. Биньямин тоже был моим учеником, любимым мною. Человек духа и книги, отец детей и боец, потерявший ногу во время боевых действий в Газе. Я в конфликте интересов из-за Амитая, моего зятя, человека Торы и веры, который записался на изучение компьютерных наук. Большую часть первого года он был на резервистской службе. Что поделать, резервист в спецназе десантников. Он надеялся начать учебу в следующем году, но тогда получил повестку на резервистские сборы на октябрь. Затем обратились с просьбой, чтобы он пошел на офицерские курсы и вернулся командовать группой в спецназе. Когда он закончил курсы, он получил — правильно! — повестку на резервистские сборы. Более 90 дней в Ливане.

И я в конфликте интересов, потому что в этот момент я за границей, в поездке после армии с Наором, моим любимым сыном. Несмотря на его тяжелую инвалидность, он отказался от льгот и прошел полную службу в ЦАХАЛе. Мы в поездке после армии того, кто был освобожден от службы.

Итак, я в конфликте интересов. Посмотрите и увидите: один находится в конфликте интересов, чтобы защитить уклонистов, поэтому он не обязан называть их по именам. Другой сообщает о своем конфликте интересов, его близкие и любимые пали на поле боя, были ранены телом и душой, пожертвовали своими жизнями ради страны. Мир перевернут.

Члены «Ликуда» и «Религиозного сионизма» также были обязаны заявить о конфликте интересов. Они подняли руку, чтобы защитить свое кресло, чтобы угодить своим партнерам по коалиции. Они сидели в студиях, объясняли и обосновывали, но клеймо позора отчетливо выжжено на их лбах. Они, а не только ультраортодоксальные депутаты, должны посмотреть в глаза тем, кто служит, и попросить прощения за то, что действовали в конфликте интересов.

Шай Пирон — бывший министр образования, ныне президент движения «Пнима»