Юлий Эдельштейн присоединился к «пижамной вечеринке» и фантазиям голограммы Гилада Эрдана | Дрор Рафаэль

Гилад Эрдан убежден, что Израилю нужна еще одна новая партия. Эрдан — интересное явление: его лицо плакатное, голос роботизированный, и он своего рода политическая голограмма в костюме. Он в общественной жизни уже 30 лет и занимал должности советника, депутата Кнессета и министра по тем или иным делам — кстати, не лишенный достижений. Его последняя должность — посол в США. С запуском своей партии он обещает единство. Человек не пользуется поддержкой широкой аудитории, но уже хочет подчинить систему своим желаниям.

Запуск его партии сопровождался видеороликом, в котором он сидит на диване в черной рубашке, к нему присоединился Юлий Эдельштейн, как на пижамной вечеринке, и вместе они отсеивали по телефону Гольдкнопфа. В серии интервью на этой неделе у него не было ни одной новости. Ни идеи, ни идеологии или повестки дня — уж точно не мировоззрения. Тем временем он говорит только о связях и объединениях или присоединениях и уходах, как будто мы собрались ради этого.

Почти через три года после резни, менее чем за три месяца до судьбоносных выборов, Израиль все еще в состоянии войны, а претенциозный политик, затянутый в костюм, сидит в студии, и все, что у него есть сказать — это пустота. Еще до того, как он говорит «добрый вечер», он уже исключает, например, Яира Голана. А также Мансура Аббаса. Со своего места под электоральным барьером он обещает не сидеть с этим и не присоединяться к тому, и диктует, кто с кем должен сидеть. «Я буду навязывать, я буду требовать, я не дам». На сленге говорят: «А ты кто такой?».

В этом смысле он близнец Гидеона Саара, чьи способности измеряются только выявлением падающих акций, выходом в нужное время, правильной ставкой, бегством до краха, созданием партии в подходящий момент, ее роспуском, а затем обеспечением своего места в более удобном списке. В его устах нет высказывания или новости, у него нет в багаже четкого плана.

И, по сути, кто все участники «третьего блока», если не свободные радикалы, группа заблудших мулов, собрание потерянных беженцев, которые сбились парами в осколки партий, ни одна из которых, согласно опросам, не получает желанных четырех мандатов, уж точно не пять гарантированных. Никто из них не совершил смелого, ломающего стереотипы, вызывающего изумление или волнение общественно-политического поступка. Они не приносят новую и захватывающую историю, которая могла бы улучшить нас или нарисовать другую жизненную реальность. Ганц и Симхи, Эрдан и Юлий, Троппер и Хендель. Все они хорошие и лишние люди. Эрдан также чрезмерно самодоволен. Троппер пожертвовал почку.

В отличие от них, зарождающаяся идея Йоава Сегаловича присоединиться к РААМ звучит как нечто совершенно иное. Это может стать прорывным и беспрецедентным политическим взрывом. Еврей, бывший комиссар полиции, присоединяется к объединенной арабской партии. Это не похоже на Дова Ханина в ХАДАШ, это действительно новое событие. Можно не поддерживать и даже возражать против возможного союза, но нужно признать, что он почти фантастичен.

У Сегаловича есть послужной список. Он уже доказал свою состоятельность в борьбе с преступностью в арабском обществе и получил похвалу со всех сторон, особенно среди глав местных органов власти. Он занялся проблемой и решил ее, с талантом, пониманием, знаниями, с реальными способностями. Он инициировал программу «Безопасный маршрут», когда занимал должность заместителя министра внутренней безопасности, и действовал для искоренения преступности и насилия.

Израильское общество отчаянно нуждается в таких людях, как он. Технократах. Деятельных людях — в образовании, в экономике, в борьбе с преступностью — которые вольются в руководство. Кандидатах, которые способны видеть дальше мелкой политики. Не студийных болтунах с пустыми сообщениями, которые, несмотря на отсутствие общественной поддержки, создают воображаемые правительства и исключают существующих кандидатов.

В этом смысле Аббас также является вдохновляющей фигурой, как политик и как израильтянин. Кроме того, чтобы кричать на него с паническими возгласами: «Совет Шуры», «Братья-мусульмане» и цитировать вещи, которые он сказал в далеком прошлом на арабском, многие не верят в перемены, произошедшие в нем, в прагматизм, в развитие со времен операции «Страж стен» через 7 октября, вплоть до избирательной кампании. В СМИ с ним играют в несправедливые игры с осуждением. Когда он осуждает террор — ему не верят. А если осудил на иврите — почему не на арабском. Если он признает Государство Израиль как еврейское — это только для вида. Если он присоединяет Сегаловича — это трюк. Он всегда будет подозрительным арабом, для которого никакие доказательства, действия или высказывания с его стороны не будут достаточно хороши.

Сегалович в РААМ — это союз, который помогает арабскому обществу по существу, но может также способствовать обществу в целом. Укрепить израильскую идентичность арабов Израиля, уменьшить расизм, сотрудничать — в хорошем смысле этого слова — с пятой частью населения страны.