Юрисконсульт превращает Бен-Гвира в мученика

Не совсем понятно, чего пытается добиться Гали Бахарав-Миара с помощью процесса в Верховном суде, который может привести к отстранению министра Итамара Бен-Гвира. Однако совершенно ясно, к чему это приведет: к удвоению числа мандатов, которые Бен-Гвир наберет на выборах, а после них — к юридической реформе «на стероидах». Юрисконсульт превращает Бен-Гвира в мученика, делая ему самый ценный подарок, о котором может мечтать политик в разгар кампании: возможность обозначить явного противника.

А поскольку этот противник и так занимает крайне непопулярную позицию среди правого электората, предвыборная кампания Итамара Бен-Гвира — в случае его увольнения по распоряжению Верховного суда при поддержке Юрисконсульта — может писаться сама собой. Это, кстати, также очень поможет Биньямину Нетаниягу, который явно предпочитает выборы на юридическую тему, а не на тему закона об уклонении от призыва.

Но всё это детали. Действительно важная вещь, на мой взгляд, — это одно из оснований, по которым Юрисконсульт вообще допускает мысль о том, что суд должен уволить Бен-Гвира: изменение его политики на Храмовой горе. Создается впечатление, что Юрисконсульт соревнуется сама с собой, пытаясь проверить границы терпения народа Израиля: когда же мы поймем, что она не говорит всерьез, а лишь пытается троллить целую нацию? Она фактически считает, что у нее есть полномочия делать замечания министру, определяющему политику, и заявлять, что эта политика ей не по вкусу. Простите? Если здесь есть криминальный элемент — соизвольте, госпожа, подать обвинительное заключение. А всё, что касается политики министерства — приглашаю вас выпить стакан холодной воды и отправиться к избирательной урне в октябре в надежде на другого министра.

Это можно любить, можно и нет, но Бен-Гвир был избран десятками тысяч граждан и реализует ту политику, ради которой получил их голоса. Храмовая гора в наших руках, и, по существу, я утверждаю, что изменение политики Бен-Гвира на Храмовой горе является одним из важнейших актов суверенитета последних десятилетий. Более того, его собственные задокументированные восхождения на гору — это не что иное, как существенный символ победы в войне.

Помимо нашего сущностного права на Храмовую гору, если присмотреться глубже, гора и есть причина нашего существования именно здесь. У отцов сионизма был вариант Уганды, были планы насчет Аргентины, но мы выбрали Сион, а Сион — это Иерусалим. Иерусалим стал нашей столицей из-за Храма, который в нем находился. Это единственная причина. Храм — это центр всего, а Стена Плача, которая почему-то стала символом, — лишь задний двор горы, являющейся одновременно святыней и важнейшим символом суверенитета в Земле Израиля. Да, даже если мы забываем об этом в ходе рутинной, порой непростой жизни в Израиле, в конечном счете Храмовая гора — это и есть основание нашего существования здесь.

Каждое видео Итамара Бен-Гвира, молящегося на Храмовой горе, — это часть победы в войне. Любой, кто встречался с террористами, захваченными нашими силами, знает, что их главной целью была Храмовая гора. Есть израильтяне, которые упорно отрицают это, но операция по похищению детей и насилию над женщинами 7 октября получила название «Туфан (потоп) Аль-Акса». Они были уверены, что совершат полуденную молитву 7 октября на горе, после того как их ноги омоются в крови сотен тысяч евреев. И это им не удалось. Мы здесь. Мы победили их тактически в физическом бою, и вполне естественно, что мы победим и в не менее важной кампании, которая на Ближнем Востоке, возможно, важнее: в битве за сознание. Министр в Израиле, символ власти, поднимается на Храмовую гору, молится там, улыбается, показывая сотням миллионов мусульман во всем мире, что мы здесь, что мы победили и что любая их идея причинить нам вред лишь отбросит их назад от удержания горы, которая является смыслом существования народа Израиля на своей земле.