Закон о реформе юридического советника лишает Шабак демократического надзора
Принятые законодательные изменения создают риск использования Шабак в политических целях премьер-министра Нетаниягу. Поведение главы организации Давида Зини в последние дни может быть лишь прелюдией к превращению службы в инструмент лояльности власти.
Не стоит завидовать главе Шабак Давиду Зини. Как, впрочем, и его «клиентам» — гражданам Государства Израиль. Будучи назначенным на должность, которую премьер-министр Нетаниягу превратил в пост личного доверия, прямо со скамей запасных высшего командования ЦАХАЛ, без разведывательного бэкграунда и опыта взаимодействия с политическим эшелоном, Зини не получил даже дня на адаптацию. Его идеологическая близость к мессианскому течению ешивы «Хар-а-Мор» лишь укрепила его проблемный имидж. Что бы он ни сделал или ни сказал, значительная часть израильской общественности и большинство традиционных СМИ видят в нем «главного подозреваемого».
Речь идет об одной из самых важных и чувствительных должностей в стране, воплощающей в себе встроенное противоречие: глава службы — это главный борец с террором, действующий против заклятых врагов, но также и тот, на кого закон о Шабак возложил обязанность быть стражем демократии. Однако внутри поляризованного общества, возглавляемого премьер-министром, который полон решимости оставаться на своем посту любой ценой, орган с такими полномочиями может стать тикающей бомбой, подрывающей основы демократии. Сейчас, с формальным сокрушением института юридического советника правительства, будет проверена честность Зини: воспользуется ли он ослаблением юридического надзора и злоупотребит ли им ради политических интересов Нетаниягу, или же выполнит свое предназначение как защитник демократических институтов.
Его рекомендация предоставить Саре Нетаниягу пожизненную охрану может оказаться лишь прелюдией. На фоне законов «правовой революции», включая разделение должности юридического советника правительства, изменение состава комиссии по выбору судей и закон о МАХАШ, Шабак рискует пойти по пути полиции Израиля, превращаясь из государственного органа в политическую организацию, единственным критерием которой является лояльность власти.
Показания, которые Ронен Бар представил в Верховный суд после своего увольнения, иллюстрируют масштаб опасности. В них он выразил «тяжелое опасение за способность будущих глав службы сохранить государственнический характер организации, ее профессионализм и деятельность исключительно в соответствии с законом, несмотря на оказываемое давление и страх перед увольнением в ходе поспешного и ненадлежащего процесса». Бар перечислил ряд решений, принятых им в период с ноября 2024 года по февраль 2025 года, включая отказ подготовить «безопасное» заключение, призванное предотвратить непрерывные показания Нетаниягу в суде, поддержку создания государственной следственной комиссии по провалу 7 октября и участие организации в расследовании дела «Катаргейт». Он также упомянул попытку Нетаниягу мобилизовать службу для подавления протестов: «Отмечу, что премьер-министр не раз высказывался в моем присутствии в духе, выражающем ожидание, что Шабак будет действовать против граждан, участвующих в демонстрациях против правительства. Так, от меня потребовали передать детали относительно личности израильских граждан, активистов протеста, которые следили за охраняемыми лицами. Мне было разъяснено ожидание слежки за спонсорами протестов».
Разворот Зини
Зини удовлетворил требование Нетаниягу и его приближенного Яакова Бардуго расследовать утечку на 12-й канал. Это, как и его решение пересмотреть отмену запрета на участие в выборах партии Баруха и Михаэля Бен-Ари, последователей пути раввина Кахане, должно беспокоить каждого, кто тревожится за будущее демократии. В эти дни, когда многолетнее взаимодействие между юридическим советником правительства и главой Шабак может быть разорвано, речь идет об угрозе, важность которой невозможно переоценить.
Со времен дела «линии 300» и особенно с момента принятия закона о Шабак в 2002 году главы службы работали в тесном контакте с юридическими советниками правительства, исходя из общего этоса и приверженности верховенству закона. Даже при наличии существенных разногласий они разрешались умеренно и с взаимным уважением. Вместе они формировали правовую базу для мер, направленных на предотвращение терактов и спасение жизней. Сейчас, когда закон об ослаблении юридического советника правительства нанесет удар по статусу и силе сдерживания этого института, Шабак может злоупотребить своими инструментами.
«Это может, не дай бог, превратиться в мир охотников и жертв», — предупреждает судья Верховного суда в отставке. «Из-за закона о МАХАШ полицейские и следователи по делам приближенных к власти могут оказаться в центре расследований, как и журналисты, чиновники и даже судьи». Вероятно, Шабак не станет аналогом Штази, Секуритате или КГБ — эти сравнения абсурдны. Однако превращение Шабак в политический инструмент в руках премьер-министра — достаточно большая опасность сама по себе.
