Зависимость от тишины: легенда о «двадцати годах покоя» на севере
Беспилотники, ракеты и наращивание сил в Ливане: почему «двадцать лет тишины» на самом деле были годами беспрецедентного военного строительства со стороны «Хезболлы». Накануне 20-летия Второй ливанской войны эксперт Шагив Штейнберг анализирует опасную концепцию, приведшую к стратегической слепоте.
Около недели назад мы отметили 26-ю годовщину вывода войск из Ливана. Примерно через месяц исполнится 20 лет со дня начала Второй ливанской войны. В израильском общественном сознании эти годы, особенно последовавшие за провальной кампанией 2006 года, часто преподносятся как «двадцать лет тишины», купленные благодаря успешному израильскому сдерживанию «Хезболлы». Некоторые даже цитируют слова Хасана Насраллы о том, что он «не начал бы войну, если бы знал, какими будут результаты». Это опасная легенда.
После Второй ливанской войны «Хезболла» осознала, что ей трудно противостоять Израилю в симметричном конфликте. Следуя иранской доктрине, она построила самую большую и оснащенную террористическую армию в мире — не сдерживаемую организацию, а мощную силу, ожидающую своего часа. Слепота в отношении ХАМАС, приведшая к 7 октября, поразительно похожа на отношение к «Хезболле» 8 октября. В Газе это был финансовый «протекшн», на севере — «взаимное сдерживание», которое удерживало от решительных действий прежде всего сам Израиль.
Если бы «Хезболла» выбрала масштабное наземное вторжение вместо ракетных обстрелов в знак солидарности с сектором Газа, «двадцать лет тишины» мгновенно превратились бы в горькое и нелепое воспоминание. Север страны, правда, не подвергался таким массированным залпам, как юг, но пока мы спокойно отдыхали, «Хезболла» превратилась из партизанской организации в передовую иранскую армию с сотнями тысяч ракет и снарядов, нацеленных на каждый город между Кирьят-Шмоной и Димоной.
Реальность под поверхностью
Накануне Второй ливанской войны западные и израильские источники оценивали арсенал «Хезболлы» примерно в 15 000 ракет. К 7 октября 2023 года оценки возросли до 120–150 тысяч ракет и снарядов, включая сотни высокоточных систем большой дальности. Численность личного состава выросла с нескольких тысяч до 20–25 тысяч регулярных бойцов и десятков тысяч резервистов. Сам Насралла в последние годы говорил о 100 тысячах бойцов. Это не тишина. Это опасное примирение с колоссальным наращиванием сил фронтового врага, способного осуществить вторжение и захват населенных пунктов Севера.
Беспилотники над «Кариш» — предупреждение, которое мы не хотели слышать
В июле 2022 года, в разгар спора о морской границе, «Хезболла» направила три невооруженных беспилотника к газовой платформе «Кариш». ЦАХАЛ перехватил их, но «Хезболла» поспешила объявить об «успехе». Не из-за физического ущерба, а потому что она посягнула на израильский суверенитет над стратегическим активом. С тех пор беспилотники стали рутинным инструментом нарушения границ — над Голанами, населенными пунктами и военными базами.
Израиль предпочел реагировать с низкой интенсивностью: перехваты, ограниченные удары, обращение к посредникам. Суверенное государство с одними из самых сильных ВВС в мире колебалось, стоит ли сбивать дрон, убирать палатку на своей территории или стрелять по расчету противотанковых ракет — это возвращение к концепции «тишины любой ценой».
Тот же шаблон: от управления рисками к катастрофе
Как и в Газе, на севере мы предпочли управлять угрозой, вместо того чтобы ее устранить. «Понимания», «урегулирования», «сделки» — все делалось ради того, чтобы отсрочить войну. «Хезболла» прекрасно понимала, что израильский страх перед конфликтом на несколько фронтов играет ей на руку, и использовала его для беспрепятственного наращивания сил.
Урок 7 октября предельно ясен: тот, кто готов жить с вооруженной до зубов террористической организацией прямо у забора, живет взаймы. В конце концов забор прорывается, и мнимая тишина взрывается в наших домах, на дорогах и во дворах.
«Хезболла» 2026 года, даже будучи ослабленной, все еще верно считывает реальность: Израиль по-прежнему колеблется, не желая платить полную цену за стратегическое решение. Вместо этого мы продолжаем заниматься «переговорами» и «посредниками», в то время как наши враги знают, что армия правительства Ливана с трудом может переместить солдата с одного блокпоста на другой без разрешения Наима Касема.
Пришло время прекратить покупать тишину у террора. Вопрос уже не в том, сможем ли мы повернуть время вспять к 2006 году, а в том, наберемся ли мы наконец смелости очистить Южный Ливан от негосударственного оружия — даже ценой больших усилий. Кровавые поля окрестностей Газы все еще помнят ужасную цену зависимости от иллюзии покоя. Тот, кто выбирает соседство с вооруженным террором на границе, в конечном итоге встретит его не только на опорных пунктах, но и у себя дома. И на этот раз цена может оказаться гораздо более высокой.
Шагив Штейнберг — эксперт по геостратегии на Ближнем Востоке и директор по коммуникациям Иерусалимского центра по связям с общественностью и безопасности.
