Эден Харель и Одед Менаше о трудностях в семье: «Почему ты это делаешь?»
Известная пара часто делится личными моментами своей жизни. Помимо юмора и радостных событий, они не боятся рассказывать о менее гламурных сторонах отношений, как это случилось в одну из пятниц.
Эден Харель и Одед Менаше, безусловно, одна из самых стабильных и любимых пар в израильской индустрии развлечений. Они стараются делиться с подписчиками в социальных сетях своим образом жизни и личными моментами, но на этот раз Харель решила проявить особую откровенность.
В своем подкасте «Дибурим ми-Ган Эден» («Разговоры из Рая») она приоткрыла закулисье отношений с телеведущим Одедом Менаше, рассказав о моментах эмоционального выгорания, давлении «идеальной мамы» и о том, как муж реагирует, когда всё идет не по плану.
Харель поделилась историей, произошедшей в пятницу во время подготовки к Шаббату. Она пыталась в одиночку приготовить более 20 видов салатов, выпечки и угощений. Когда муж зашел на кухню и предложил помощь, она ответила довольно резко: «Не нужно, всё в порядке, я справлюсь за 10 минут, всё хорошо».
Вскоре после этого суп, пролившийся на пол, стал последней каплей. Она села на пол и разрыдалась от отчаяния:
«Одед зашел на кухню и увидел меня... посмотрел на меня самыми добрыми глазами, какие только могут быть. Он просто сказал мне тихо: "Почему, почему ты делаешь это с собой? Почему ты не просишь о помощи? Мы здесь, мы с тобой. Почему ты должна делать всё сама? К чему эта героичность, эта сила?"»
«Мой отказ принять помощь исходил не из силы — совсем нет, — призналась она в подкасте. — Это было продиктовано эго и страхом. Я боялась, что если признаюсь: "Я не справляюсь, мне нужна помощь", это будет означать, что я недостаточно хороша, что я потерпела неудачу как мать и как женщина».
Харель добавила, что раньше пыталась транслировать детям образ «женщины-робота» и супервумен, но позже осознала, насколько это вредно. «Когда я позволяю себе сломаться перед ними, плакать, когда мне больно или когда что-то не получается, я на самом деле делаю им самый большой подарок — я даю им разрешение быть людьми», — заключила она.