Исход из Египта здесь и сейчас: урок Моше на 2026 год
У библейской истории есть немало того, что она может сказать нам о трудностях, вызовах и выборах нашего поколения, и в частности о сомнениях и дилеммах нынешней войны — от сложности выхода из зоны комфорта до вопроса «какова стратегия». Это рассказ о важности инициативного действия и о чуде, которое приходит вслед за ним.
В бедах войны последних недель история Исхода из Египта обретает еще несколько актуальных измерений. Библейское повествование в своей лаконичности далеко от того, чтобы быть гимном духу борьбы за свободу сынов Израиля. Напротив, история дает выражение именно трудностям и жалобам народа, которые по-человечески блокируют начало восстания.
Как начинается восстание?
Уже с самого начала своей миссии, у Неопалимой купины, Моше понял, что сыны Израиля нелегко прислушаются к вести об избавлении. Они были погружены в невзгоды существования. Мы тоже занимались этой зимой вопросом шансов на успех иранского народа в его борьбе против режима. Это не тот вопрос, который имеет точку опоры для обоснованного профессионального прогноза. Даже Моссад и ЦРУ не могли знать наверняка. Это явление духа, находящееся в процессе становления, и в своей основе оно неуправляемо. Библейская история устанавливает несколько основополагающих вех для выяснения одного из важнейших человеческих феноменов: как порождаются возмущение и народное восстание?
Первая трудность кроется в самом начале, в осознании того, что уже на первом шагу должна быть готовность платить цену. В этом же кроется открытие: перед лицом силы сопротивления режима состояние угнетения становится только хуже. Так случилось с иранскими гражданами, которых жестоко истребляли, так случилось и с сынами Израиля в Египте — с тех пор как Моше пришел с идеей «отпусти народ мой», фараон ужесточил свои указы. Без решительной готовности платить цену восстание может быть подавлено, и это в значительной степени было состоянием сынов Израиля.
Даже Моше потерял уверенность и обратился к Богу с критикой: «Зачем Ты сделал зло народу этому, зачем Ты послал меня?» Это классическое рациональное сомнение: если ситуация становится хуже, возможно, изначально было ошибкой начинать. Мудрецы в «Мидраш Раба» сосредоточились на ответе Бога Моше: «Теперь увидишь ты, что Я сделаю с фараоном» — и расширили ответ Бога: «То, что Я сделаю с фараоном, ты увидишь, а то, что Я сделаю с царями Ханаана, не увидишь, ибо ты усомнился в Моих качествах».
Смелым шагом мудрецы позволили себе рассказать, что уже здесь начался расчет Бога с Моше, приведший к недопущению его в Землю Израиля. Они хотели научить высшей мере уверенности и приверженности цели, которая требуется от лидера, когда процесс, который он ведет, сталкивается с трудностями. Это очень знакомая трудность при выводе народа на войну, когда начинает проясняться цена и уж точно когда ситуация начинает осложняться. Ведь война по своей природе — это явление, выходящее из-под контроля и всегда осложняющееся в пути. А народ ожидает быстрых результатов, прося уверенности в том, что путь верен.
Реакция сынов Израиля на весть о борьбе, принесенную Моше, была совершенно человеческой. Им было ясно, что их открытый выход на борьбу — это путешествие в неизвестность. В таких ситуациях, даже в условиях угнетения, люди склонны держаться за привычное состояние. Поэтому Бог наставляет Моше идти напрямую к фараону, фактически обойти народ и начать действовать против Египта серией казней.
Комментаторы добавили еще одно понимание описания противостояния Моше с народом. В дополнение к человеческой тревоге перед вестью, которая вся — неопределенность, у сынов Израиля была религиозная поддержка для отклонения вести об избавлении. Сказанное Аврааму в «Завете между частями», передававшееся из поколения в поколение, устанавливало 400 лет рабства. Все, по-видимому, знали расчеты конца 400-летнего срока. Моше пришел с вестью об избавлении через 210 лет. Достойная причина отвергнуть его как того, кто стремится приблизить конец, как своего рода опасного и безответственного мессию. У Моше, вероятно, было объяснение, но трудно взломать сопротивление, заряженное тревогами, когда оно переплетено с религиозной поддержкой. Так же была отвергнута весть сионизма у ультраортодоксов с утверждением, что она приходит преждевременно.
Когда процесс заходит в тупик
Герцль в своей книге «Еврейское государство» видел перед собой современный исход из Египта, управляемый с научной экспертизой, который он описал так: «Требуются научные условия в духе нового времени. Если бы нам сегодня пришлось выходить из Египта, мы бы не выходили как наши наивные предки (которые вдруг не нашли воды для питья общины) — сначала мы исследуем, чтобы знать число выходящих и их силу...».
Здесь присутствует выражение стремления современного человека заранее спланировать даже неизвестное. Так просят и от лидеров планировать войну как инженерный проект, приводимый в действие согласно тщательному планированию, в стремлении к заранее намеченному финалу. В этом аспекте Моше, безусловно, потерпел неудачу, когда пришел к морю, а египтяне преследуют сынов Израиля сзади. Первый самоочевидный вопрос был: «Как ты не подумал, что это произойдет? Ведь армия фараона не была нейтрализована казнью первенцев». Крики в адрес Моше невозможно даже представить.
В библейском тексте звучит претензия, связанная с начальной точкой возражений против всей борьбы: «Что это ты сделал с нами, выведя нас из Египта? Не это ли самое говорили мы тебе в Египте, сказав: оставь нас, и пусть мы работаем египтянам? Ибо лучше нам быть в рабстве у египтян, нежели умереть в пустыне». В этот критический момент снова всплывают претензии, которые были неразрешенными еще в начальной точке.
На масштабе замешательства в этот час останавливались многие комментаторы. Рамбан писал: «На группы, на группы разделились сыны Израиля у моря». Одна группа призывает сдаться и вернуться в Египет. Другая группа призывает выйти и сражаться. Третья группа предлагает прыгнуть в море в акте массового самоубийства, а четвертая группа сосредотачивается на молитве. Моше в бессилии кричит к Богу и получает ответ, который кажется циничным: «Что ты вопиешь ко Мне?», как будто в этот невозможный момент Бог притворяется наивным и спрашивает: «Что происходит, почему ты кричишь?»
Рабби Хаим бен Аттар в своем комментарии «Ор ха-Хаим» пролил смелый интерпретационный свет на этот отрывок. Бог фактически говорит Моше: «Пойми, в этот момент Я не адрес для твоих криков». Как будто Бог лишен возможности вмешательства из-за ситуации конфликта интересов: Качество Суда сдерживает Его словами «чем эти идолопоклонники лучше тех идолопоклонников?». В этой сложной ситуации у моря Богу нужна причина, чтобы вмешаться в пользу Израиля и против египтян. И так Бог советует Моше, чтобы они первыми вошли в море силой веры, и так возрастет сила Качества Милосердия для преодоления Качества Суда, и Бог сможет совершить для них чудо.
Отсюда ясно, что если бы сыны Израиля не вошли первыми в море силой своей веры, не произошло бы рассечения моря. Как было хорошо подчеркнуто в учении Святого Ари, Бог сотворил человека, потому что Он нуждается в нем и в инициативе его действия. Это отправная точка сионистской революции. Здесь заложен глубокий фундамент для бесконечной дискуссии, дискуссии о масштабах стратегического действия в гораздо большей степени, чем теологической религиозной дискуссии. Библейский верующий взгляд умеет связывать эти вопросы в одну дискуссию. Здесь каждый человек выберет подходящее ему созерцание.
