Любовь к Торе не может идти в ущерб общей ответственности

Есть законы, о которых можно спорить, есть те, что требуют доработки, но существуют и такие, само время принятия которых становится величайшей ошибкой. К ним, на мой взгляд, относится «Основной закон: изучение Торы», продвигаемый именно сейчас, когда тысячи бойцов и резервистов вновь находятся на фронте, а целые семьи несут на своих плечах тяжесть войны.

Чтобы не было недопонимания: нет ничего дороже для народа Израиля, чем Тора. Она — корень нашего существования, нашей идентичности и причина, по которой мы вернулись в эту страну после двух тысяч лет изгнания. Государство Израиль — еврейское и демократическое, и его еврейская составляющая не будет полной без Торы. У меня нет спора о месте Торы в нашей жизни, напротив. Но именно потому, что я так верю в её ценность, мне трудно принять закон, использующий её имя для того, чтобы размыть разницу между теми, кто несет бремя защиты народа, и теми, кто этого не делает.

Мы находимся в разгаре войны. Сотни тысяч резервистов снова и снова оставляли свои дома, детей, работу и бизнес. Есть те, кто получили ранения, есть те, кто не вернулись, и есть семьи, которые несут эту цену каждый день. В такой реальности посыл о том, что государство не делает различий между защитниками страны и теми, кто не участвует в общем бремени, — неверен и опасен.

Я пишу эти строки не из гнева на ультраортодоксальный сектор и, конечно, не из ненависти, упаси Бог. Я испытываю глубокое уважение к изучающим Тору и искренне верю, что это один из источников силы народа Израиля. Однако любовь к Торе не может идти в ущерб общей ответственности за физическое существование народа. Тот, кто несет на своих плечах и свиток Торы, и носилки — это истинный еврейский идеал, синтез книги и меча, духа и действия, веры и ответственности.

Если бы в Кнессет внесли другой «Основной закон: изучение Торы», я был бы первым, кто его поддержал. Закон, который установил бы, что Тора является фундаментальным достоянием Израиля, что государство обязано укреплять её изучение, поощрять каждого еврейского ребенка познавать наследие, инвестировать в мир ешив, подготовительные программы (мехинот), дома учения (бейт-мидраши) и еврейское образование; закон, провозглашающий изучение Торы высшей национальной ценностью.

Но в то же время это должен быть закон, устанавливающий, что полным идеалом является тот, кто сочетает Тору с ответственностью. Тот, кто сидит в бейт-мидраше, а когда народ Израиля призывают к флагу — встает на его защиту. Таков был путь Иехошуа бин Нуна, путь царя Давида, путь поколений израильских воинов, таких как Дрор Вайнберг, Рои Кляйн и раввин Саадья Дери, а также многих величайших знатоков Торы, видевших в защите народа священную заповедь, а не противоречие учению.

Тора никогда не была призвана стать заменой национальной ответственности. Она призвана придать ей направление, ценность и смысл. Именно сейчас, когда израильское общество напряжено и страдает, нам нельзя превращать Тору в инструмент политической борьбы. Она выше любой коалиции, любого правительства и любой избирательной кампании. Нельзя, чтобы её имя использовалось для оправдания реальности, в которой человек, отдающий сотни дней резервистской службы и рискующий жизнью, воспринимается как равный тому, кто не несет этого бремени вовсе.

Если Кнессет действительно хочет принять «Основной закон: изучение Торы», то это должен быть закон, который возвышает и Тору, и национальную ответственность. Закон, который учит молодое поколение: полный еврейский идеал — это не выбор между бейт-мидрашем и полем боя, а умение нести и то, и другое вместе. Ведь Тора не освобождает нас от ответственности за народ Израиля, а обязывает нас к ней.