Рут-моавитянка и курс «Натив»: в чем суть принадлежности к еврейскому народу?

28-го числа месяца Ияр я вышла праздновать День Иерусалима на улицу Яффо в джинсах и майке. Вокруг меня не было ни одного человека, похожего на меня — только девушки в юбках и юноши в кипах и с цицит. Вернувшись в Ход-ха-Шарон, я сидела в кафе с подругами и была удивлена тем, что они слышали о существовании Дня Иерусалима, который в государственной системе образования не упоминается уже 20 лет.

Я радовалась, пока не увидела в телефоне видеоролик, где люди в кипах кричат «Смерть арабам». Тогда я поняла, как маргинальный кадр из целого шествия становится центром истории и единственной точкой зрения значительной части народа Израиля на эти празднования.

На отборах в подготовительные курсы (мехинот) всегда спрашивают: что такое еврейский народ — религия, национальность или культура? Этот вопрос стал политическим: если ты выбрал религию — ты из религиозного сионизма или ультраортодокс; национальность — восточная традиционалистка; а культуру — светская иерусалимка, уверенная, что её метод выдержит проверку временем. Чтобы решить, стоит проверить, каковы вступительные экзамены в народ.

На курсе «Натив», например, солдаты зазубривают 39 видов работ (ламед-тет мелахот) и благословения, а на экзамене проверяется умение справляться с галахическими вопросами. Согласно этому методу, если входной билет приобретается через соблюдение заповедей и веру — это религия.

Вернемся к первой кандидатке в «Нативе» — Рут-моавитянке. В своей волнующей речи она заявила о вечной верности Наоми: «Ибо куда ты пойдешь, пойду и я... твой народ — мой народ, и твой Бог — мой Бог». У христиан есть Троица, у мусульман — Шахада, а у нас есть слова Рут. Она последовала за Наоми, чтобы связать себя с ней семейными и душевными узами, и решила пройти гиюр, чтобы причислить себя к ней.

Стремилась ли Рут принадлежать к еврейскому народу из-за традиций, законов и нашего Бога? По всей видимости, нет — желание принадлежности проистекало из стремления соединиться с Наоми, а лучший способ причислить себя к человеку — это присоединиться к его семье. Рут прошла гиюр, или, иными словами, была удочерена еврейским народом в целом и Наоми в частности.

Когда укоренилось определение «религия»? Когда Раббан Йоханан бен Заккай основал центр в Явне и установил галахические правила, чтобы евреи в изгнании оставались евреями. Это отвечало потребностям того времени. Но в изгнании мы вели себя как разделенная семья, части которой далеки друг от друга. Этот контраст породил выражение «немец иудейского вероисповедания» — евреи, которые в своей повседневной жизни походили на неевреев.

По возвращении в нашу страну произошло нечто невероятное — еврейский народ снова стал жить вместе на одном клочке земли. К сожалению, мы не извлекли правильных смыслов из этого колоссального изменения. Социалистический сионизм похоронил еврейскую традицию изгнания, утверждая, что она характеризует слабовольного еврея, чтобы начертать образ «нового еврея» с прямой спиной. Но игнорирование силы религии создало глубокий разрыв с историческими корнями.

Бен-Гурион проводил еженедельные уроки Танаха. В воспоминаниях профессора Хаима Гевриягу описывается интимная беседа, в которой Бен-Гуриона спросили о его самой большой ошибке как лидера, и он ответил: «Мы потерпели неудачу в передаче духа Танаха... Это тяжелая национальная ошибка. Я наивно полагал, что достаточно того, что молодежь вырастет в Израиле и разговор на иврите откроет перед ней врата Книги. Я ошибся. Танах остался закрытым для многих из них».

С другой стороны, ультраортодоксы предпочли углубить образ еврея изгнания, живущего в страхе. Оба результата не идут на пользу нашему будущему здесь. Необходимо вернуться к истокам и соблюдать заповеди в меру, и в то же время заниматься еврейским трудом, быть людьми Книги, сильными физически и духовно. Мы должны помнить мораль истории Рут: если гиюр равен усыновлению — еврейский народ это семья.