Без встреч с соседями и без шага по тротуару: как знаменитости покупают приватность в Нью-Йорке

Черный внедорожник с тонированными стеклами сворачивает с мощеной камнем улицы в Трайбеке и исчезает за железными воротами. Через секунды ворота закрываются, пассажир выходит на подземной парковке и поднимается на лифте, который доставляет его прямо к двери квартиры. Он не ступал на тротуар, не проходил мимо охранника в лобби и не встретил любопытного соседа. В Нью-Йорке, городе, чья мифология построена на случайных встречах на улице, это востребованный предмет роскоши: возможность жить в центре города, оставаясь невидимым для него.

На протяжении десятилетий знаменитости принимали Нью-Йорк как единый пакет. Квартиры или таунхаусы были просторными, а швейцар умел хранить секреты, но даже кинозвезды стояли в очереди в аптеку и гуляли с собакой. Сара Джессика Паркер и Мэттью Бродерик были частью пейзажа Гринвич-Виллидж, Йоко Оно видели возле «Дакоты» на Сентрал-парк-Уэст. Город дарил им культуру, развлечения и престижный адрес, а взамен взимал плату приватностью. Сейчас сделка меняется. Новое поколение знаменитостей хочет рестораны и клубы Нью-Йорка с условиями доступа, как в особняке в Беверли-Хиллз. В отрасли это называют «жизнью Лос-Анджелеса в Нью-Йорке».

Чтобы понять этот переворот, нужно вернуться к почти уникальному нью-йоркскому институту: кооперативу. Покупатель не получает прямого права собственности на квартиру, а приобретает акции корпорации, владеющей зданием, и договор аренды на конкретную единицу жилья. Немного похоже на кибуц. Поэтому соседи через комитет проверяют, кто хочет присоединиться. В элитных зданиях на Парк-авеню, Пятой авеню и Сентрал-парк-Уэст процесс может включать налоговые отчеты, выписки из банков и инвестиционных счетов, детализацию долгов, рекомендации и иногда доказательство того, что у покупателя останутся миллионы после закрытия сделки. В конце следует интервью — вежливая встреча, на которой даже «слишком правильный» ответ может прозвучать неправильно. Фактически комитет имеет право отклонить кандидата без объяснения причин, пока это не нарушает законы о запрете дискриминации. Городской закон, вступивший в силу в июле прошлого года, ограничил большинство комитетов требованием принять решение в течение 45 дней с момента завершения подачи заявки, но не лишил их права на отказ и не обязал предоставлять объяснения.

Частное расследование

Этот процесс, призванный сохранить стабильность здания, сегодня воспринимается как частное расследование, проводимое людьми, которых покупатель будет встречать в лифте. Для актера, музыканта или инфлюенсера, чей доход состоит из контрактов, роялти и продюсерских компаний, проверка также не всегда умеет правильно оценивать деньги знаменитостей. Барбра Стрейзанд узнала это на собственном опыте. В 60-х годах ей, по сообщениям, отказали два престижных кооперативных дома в Верхнем Ист-Сайде, и в итоге она приобрела трехуровневый пентхаус в «Ардсли» на Сентрал-парк-Уэст. Однако даже после того, как ее приняли в здание, она не была свободна продать квартиру кому захочет. В 1999 году, когда Мэрайя Кэри предложила приобрести у нее пентхаус за 8 миллионов долларов наличными, комитет здания отклонил Кэри после интервью. Официальная причина не была опубликована, но, согласно сообщениям того времени, появление Кэри в короткой юбке и свита, которую она привела с собой, не понравились членам комитета. Стрейзанд оставалась с квартирой еще около трех лет и в итоге продала ее в 2002 году всего за 4,25 миллиона долларов — чуть больше половины суммы, предложенной Кэри.

Даже после покупки квартиры комитет кооператива продолжает диктовать владельцам, как им разрешено ее использовать. Комитет «Харперли-холл», где Мадонна приобрела квартиру за 7,3 миллиона долларов, постановил, что ее дети или сотрудники не имеют права проживать в ней, когда она отсутствует. Для певицы, проводящей месяцы в гастрольных турах, это было существенным ограничением. Она вела против комитета судебную тяжбу, которая длилась почти три года, и проиграла. У Джерри Сайнфелда комитет установил, сколько времени разрешено делать ремонт. После того как ремонт его квартиры в здании «Бересфорд» длился более двух лет, здание и другие кооперативы на Манхэттене приняли правила, налагающие ежедневные штрафы за ремонт, выходящий за рамки графика. В отрасли их прозвали «законами Сайнфелда».

Творческое решение

Кооперативные здания и трудности, которые они создают, заставили знаменитостей искать другое решение — кондоминиум, предлагающий договор иного типа. Покупатель владеет самим объектом недвижимости, а у комитета есть только право преимущественной покупки, то есть возможность сравнять предложение и приобрести жилье по цене, предложенной покупателем. Когда речь идет об элитной недвижимости и сделках на 10 или 20 миллионов долларов — это крайне редкий шаг. Комитет может запрашивать документы и контролировать ремонт, но его власть меньше. Чаще всего проще приобрести квартиру через ООО или траст и сдавать ее в аренду при необходимости. Так, по данным аудитора мэрии Нью-Йорка, 21% квартир в кондоминиумах на Манхэттене зарегистрированы на компании. Эта структура не скрывает владельцев от властей, а иногда и от администрации здания, но затрудняет для общественности возможность немедленно связать известное имя с адресом.

Но настоящая приватность измеряется не только именем в реестре. Она спроектирована в бетоне и маршруте движения. Крытый двор для автомобилей, внутренняя парковка, кодированный лифт и служебный вход позволяют жильцу пройти с заднего сиденья на кухню, не попадая под камеры папарацци на улице. Бассейн и спа отлично звучат в рекламном буклете, хотя многие звезды почти ими не пользуются. С их точки зрения, самое важное сооружение — это ворота. Таунхаус предлагает независимость, но превращение его в крепость стоит целое состояние и требует персонала. В кондоминиуме охрана распределяется между десятками владельцев квартир.

В Бруклине 12-этажное здание The Standish было построено в 1903 году как отель в классическом парижском стиле бозар, а в 2016 году переоборудовано всего в 32 квартиры-кондо. Здание, расположенное на Колумбия-Хайтс, предлагает круглосуточного швейцара, тренажерный зал и крышу с видом на порт и Манхэттен, но снаружи сохраняет характер старого Нью-Йорка. Мэтт Дэймон заплатил в 2018 году 16,7 миллиона долларов за пентхаус, что тогда было бруклинским рекордом. Супруги Эмили Блант и Джон Красински приобрели две соседние квартиры примерно за 11 миллионов долларов, а прошлым летом присоединился Адам Драйвер: 11,5 миллиона долларов за три единицы на шестом этаже, которые вместе занимают около 325 кв. м. У «Стэндиша» нет подземной парковки, позволяющей жильцам входить и выходить незамеченными. Он предлагает приватность, но не полную изоляцию от района: здание стоит на тихой улице напротив набережной, среди исторических каменных домов Бруклин-Хайтс.

Разоблачение все еще возможно

Когда Мэтт Дэймон переезжал в пентхаус, часть улицы была перекрыта, чтобы кран мог поднять мебель и деревья, и событие было немедленно задокументировано в местных блогах. Несмотря на это, тот факт, что несколько голливудских семей уже проживают в здании, привлекает других знаменитостей. С их точки зрения, успех других звезд в поддержании там частного образа жизни свидетельствует о том, что здание подходит для их нужд, даже без ворот и парковки, полностью отделяющих их от улицы.

В «общежитии знаменитостей» по адресу 443 Greenwich в Трайбеке, напротив, компромисс почти исчезает. Фабрика по переплету книг конца XIX века занимает целый городской квартал с каменными арками, деревянными балками и высокими потолками, которые придают квартирам вид классического нью-йоркского лофта. За сохраненным фасадом скрывается подземная парковка, в которую въезжают через железные ворота, четыре группы лифтов с кодированным доступом, бассейн длиной около 22 метров, турецкий хаммам, сауна, винный погреб и зеленый внутренний двор. Дженнифер Лоуренс, Гарри Стайлс, Джастин Тимберлейк и Джессика Бил, Джейк Джилленхол, Мег Райан, Майк Майерс и Льюис Хэмилтон владели в нем квартирами или проживали в нем, что принесло ему прозвище «общежитие знаменитостей». Здание напоминает, что впечатляющие ворота не отменяют рисков в сфере недвижимости. Комитет кондоминиума в эти дни ведет иск на сумму 376 миллионов долларов против застройщика и архитекторов, утверждая о дефектах строительства, проникновении воды и проблемах с фасадом. Но знаменитые покупатели продолжают прибывать, возможно, потому, что для того, кого преследуют фотографы, расположение парковки может весить больше, чем трещина, обсуждаемая в суде. По цене от 10 до 25 миллионов долларов здесь получается опыт, который мог бы дать только гораздо более дорогой таунхаус.

Вокруг 443 Greenwich сформировался коридор укрепленных кондоминиумов, включая 70 Vestry и 150 Charles Street. Близость к шоссе вдоль Гудзона — существенный недостаток в глазах обычного ньюйоркца — является преимуществом для тех, кто ездит на личном автомобиле в ресторан, студию или в аэропорт Тетерборо, переполненный частными самолетами. Так можно жить рядом с Вест-Виллидж, Трайбекой и частными клубами, не превращая каждый выход из дома в постановку.

В 160 Leroy, на окраине Вест-Виллидж, автомобиль стал частью ритуала входа. Изогнутое здание, спроектированное Herzog & de Meuron для отельера класса люкс Иэна Шрегера, включает крытый двор и парковку, так что ворота закрываются до того, как открывается дверь автомобиля. Хейли и Джастин Бибер заплатили этим летом 12 миллионов долларов за квартиру с четырьмя спальнями площадью около 260 кв. м. В здании также есть бассейн длиной около 21 метра, сауна и детский клуб. Пентхаус был куплен за 43,5 миллиона долларов основателем гиганта цифрового спорта Fanatics Майклом Рубином и включает также частный бассейн.

В проекте 80 Clarkson, включающем две башни рядом с рекой Гудзон, около 4600 кв. м будут выделены под общие пространства. Они будут включать бассейн длиной 25 метров, спортивную площадку, частный ресторан, музыкальную студию, пространство для фото- и видеопроизводства контента и крытый сад высотой в три этажа с пальмами. Въезд транспортных средств будет вести во внутренний охраняемый двор, где жильцы смогут выйти из машины вдали от улицы. В здании также будет оборудована комната ожидания для личных водителей, чтобы им не приходилось ждать в лобби. Дополнения продаются отдельно и по исключительным ценам: парковочное место за 750 тысяч долларов и частная винная комната до миллиона долларов. Хотя строительство еще не завершено и квартиры не рекламируются на обычных сайтах, таких как StreetEasy и Zillow, в проекте уже подписаны договоры купли-продажи на общую сумму более миллиарда долларов.

Но кооперативы не собираются исчезать. Они предлагают большие комнаты, толстые стены, детали из дерева и камня, которые невозможно воспроизвести, и цену ниже, чем у аналогичного кондоминиума. В 2025 году доля исторических кооперативов в сделках свыше 2 миллионов долларов на Манхэттене выросла, а в июне была зафиксирована редкая неделя, когда было продано больше элитных кооперативов, чем кондоминиумов. Тот, кто ищет постоянный дом и стабильных сосетелей, может увидеть в строгом комитете преимущество.

Это небольшое, на первый взгляд, изменение в жилищных привычках крошечной группы, но оно затрагивает саму суть нью-йоркского опыта. Город всегда обещал, что даже очень известный человек будет, по крайней мере на несколько минут, еще одним пешеходом среди восьми миллионов других. Новые кондоминиумы превращают его в коллекцию вертикальных закрытых сообществ, соединенных шоссе, частным лифтом и кодом доступа. Звезды по-прежнему хотят видеть горизонт за окном. Они просто предпочитают наблюдать за ним с безопасной стороны стекла. Наслаждаться Нью-Йорком, по-настоящему в нем не появляясь.